физиология глаз
коллаборативная среда в классе, отчет
сокровища дмитрия донского
парафін для свычок ціна

Театр в Безансоне

Театр в Безансоне

Театр в Безансоне. Гравюра.
.
В настоящее время внешний облик театра искажен многочисленными переделками, от первоначального вида сохранился только ионический портик.
Архитектурный облик провинциальных городов, таких как Нант, Марсель или Бордо, в конце правления Людовика XV активно изменяется. Но Безансон, столица области Франш-Конте, по-прежнему остается тихим местом с большим гарнизоном. Ситуация начинает меняться в 1769 году, когда интендант Франш-Конте, господин Ла Коре, объявляет архитектурный конкурс на проект по украшению города, который затянулся из-за бесконечных распрей между ним и местным муниципалитетом. Муниципальные власти предполагали украсить город созданием театра в центре, а Ла Коре предлагал построить театр на территории, занятой рыночными складами и ботаническим садом, — на окраине, зато вблизи от собственного особняка, где уже начал образовываться престижный жилой квартал. К слову сказать, особняк интенданта был построен королевским архитектором Виктором Луи, который прославился созданием грандиозного для своего времени театра в Бордо (1780). В 1776 году Ла Коре получил финансовую поддержку своего проекта от министерства финансов, а значит, одобрение самого короля. Тут стоит отметить еще один факт: пожелание монарха было таково, чтобы в каждом городе, где располагается большой военный гарнизон, имелась постоянная теа тральная труппа. В Безансоне же представления давали странствующие труппы в маленьком временном театре, находившемся в довольно устаревшем дворце Гранвель, резиденции губернатора. Доступ в него имели не очень многие, к тому же заезжие актеры вызывали недовольство со стороны духовенства и городских властей.
Зрительный зал. Разрез. Макет.
.
Участок для строительства был выбран таким образом, чтобы здание театра было видно в перспективе подходивших к нему улиц и его можно было осмотреть со всех сторон. Прилегающие участки были выкуплены под строительство торговых помещений и частных домов.
Ла Коре поручил сделать проект Леду, когда архитектор работал над созданием солеварни. Интенданту понравился лаконичный язык архитектуры Леду, к тому же он уже знал, что зодчий охотно пойдет навстречу, если понадобится удешевить работы, как это было с солеварней. Возведение театра началось в марте 1778 года сразу после положительного решения муниципалитета. Для наиболее выгодной презентации своего проекта Леду заказал уменьшенную копию театра у парижского мастера-краснодеревщика Карбийе. Эта изящная вещица сама по себе является произведением искусства: сцена была сделана из голландского дуба, балюстрады.
«Архитектура в строительном искусстве подобна поэзии в искусстве словесности — это драматическое вдохновение гения, о нем можно говорить только с восторгом!» — писал К. Н. Леду
Разрез по ширине. Гравюра.
.
Амфитеатр — в древности монументальное сооружение для публичных зрелищ: массовых театрализованных представлений, боев гладиаторов, скачек и т. п. Наиболее значительным амфитеатром является Колизей (Рим, 80 год н. э.). Техника строительства амфитеатров широко вошла в практику при сооружении стадионов и спортивно-концертных комплексов нашего времени (например, спорткомплекс «Олимпийский» в Москве, 1980). В современном театре — места за партером, поднимающиеся уступами в зрительном зале.
выточены из кости, а колонны — из грушевого дерева. В сопроводительном письме к проекту, адресованному Ла Коре, Леду пишет: «Если бы все те, кого я хочу убедить, любили бы искусство так, как Вы, и были так же образованны, я дерзнул бы даже надеяться, что люди могут действительно одобрить усилия, предпринятые мной для того, чтобы позволить городу Безансону иметь сооружение, достойное нашего века и согласованное с нашими скромными возможностями».
Кроме отмеченной даже современной прессой экономии при строительстве проект Леду примечателен расположением мест в зрительном зале. «В 1775 году я сделал в Безансоне зал с ложами в виде амфитеатра, разделенными, как обычно, по высоте опор; спинка первой служит опорой для второй, спинка второй служит опорой для третьей и так далее», — пишет архитектор. Таким образом он расположил ряды лож, обычно находящиеся один над другим. Вторым важным усовершенствованием, предназначенным для большего удобства зрителей, были кресла в партере: в то время в партере находились самые дешевые стоячие места. Также он изолирует оркестр от зала, опустив его на уровень ниже и прикрыв небольшим навесом для лучшей акустики. Это решение уже было опробовано в маленьком домашнем театре м-ль Гимар и понравилось Леду и публике. За счет «исчезновения» оркестра увеличилась авансцена, которая была перекрыта аркой с кессонированным сводом. Взгляд на объект через арку — такой эффект был использован в особняке м-м Телюссон, где вид на здание с улицы тоже открывался через арку. Зрительный зал завершается колоннадой дорического ордера, которая напоминает о театре «Олимпико» Андреа Палладио. За сценой были предусмотрены три ряда декораций, которые могли бы сменять друг друга прямо во время действия, если бы техническое оснащение было соответствующим, но на нем сэкономили. Следует признать, что все эти новшества уже озвучены и разработаны другими архитекторами. И все же примечательно, что Леду удается в одном проекте применить их на практике, в то время как сами авторы нововведений пока строят их только на бумаге. «Я упразднил все декорации, ненужные людям, которые сами, своим присутствием, украшают театральный зал, все эти слишком уж позолоченные или слишком убогие перегородки, отделяющие один ряд от другого, нарушающие единство пространства несогласованностью своих линий. Я искал, кроме того, способ удовлетворить все сословия: те, кто занимает важные должности в провинции, получат собственные отапливаемые ложи, амфитеатр будет занят людьми, купившими самые дорогие билеты, балкон — военным начальством, первый ряд лож — самыми богатыми женщинами, партер, наконец, — уплатившими меньше, но встреченными и расположенными лучше, чем до сегодняшнего дня», — пишет Леду.
Продольный разрез. Гравюра.
.
Авансцена — часть сцены, несколько выдвинутая в зрительный зал и отделяющаяся от основной сцены порталом или занавесом. Портал украшали кариатиды или путти. Над авансценой выполнялся лепной или живописный декор.
Кессоны — небольшие углубления, чаще всего в форме квадрата, на поверхности потолка. Кессоны берут начало от конструкции перекрытия балочного типа, распространенного в античной архитектуре. Они имеют профилированные стенки и иногда в центре — розетты (розетки) или иные рельефные украшения. Кессоны облегчают перекрытие, создают декоративный и зрительный эффект.
Ионический портик фасада.
.
Внешний облик здания подчеркнуто аскетичен. Единственным украшением является шестиколонный портик ионического ордера, стены гладкие, оконные проемы не акцентированы, крыша в форме усеченной пирамиды.
После торжественного открытия театра 9 августа 1784 года газеты написали о внутреннем убранстве: «Скульптура, позолота, различные украшения его составляющие, являют образец вкуса, элегантности и остроумия. Его форма — полукруг, завершенный 28 колоннами двух футов в диаметре и с соразмерным антаблементом, частично позолоченным. Расписной потолок имеет темно-голубой фон, Аполлон, помещенный в центре, правит всеми чарующими искусствами, окружающими его, они представлены в виде хоровода муз с атрибутами, определяющими каждое искусство. Этот гармоничный ансамбль скорее элегантен, чем богат».
Фрагмент ионического портика.
.
К открытию поставили комедию в стихах А. Пирона «Метромания» и комическую оперу А. Э. М. Гретри «Говорящая картина». На следующий день празднества продолжились и завершились фейерверком, весь город был вовлечен в грандиозное действо.
Основной посыл, который Леду вкладывает в свой проект, он формулирует так: «Мы не должны забывать, что театральные представления у древних были частью религии. Именно там люди пытались заслужить милость богов, именно там они успокаивали их гнев. Поскольку наши театры не являются формой богослужения, надо, по меньшей мере, пожелать, чтобы они поддерживали чистоту нравов. Легче сделать человека лучше посредством приятного зрелища, чем с помощью.
Сюжет комической оперы «Говорящая картина» А. Э. М. Гретри восходит к итальянской комедии масок.
В 1774 году состоялась премьера этой оперы в России в исполнении французской труппы религиозных обрядов, порождаемых суевериями». Здесь опять, как и в проектах солеварни, звучит тема воспитания человека с помощью совершенной архитектурной формы. Леду остался доволен проделанной работой, позже он назовет театр в Безансоне «первым республиканским театром, созданным во времена деспотии».
Плафон зрительного зала театра в Безансоне. Гравюра
Изображение глаза с видом на зрительный зал театра. Гравюра.
.
Пожалуй, одна из самых известных гравюр из книги «Архитектура, рассмотренная в отношении к искусству, нравам и законодательству» изображает человеческий глаз, в зрачок которого вписан интерьер театра Безансона, из глаза исходит луч света. Опираясь на текст книги, эту гравюру можно прокомментировать следующим образом: смотрящие на театральное представление глаза капрала, рабочего, графини, военного или принца ничем не отличаются, но изменения в зрителе, вызванные воздействием увиденного, — вот высшая цель искусства.
Театр в Безансоне, в отличие от большинства других построек Леду, избежал проклятия, тяготевшего над наследием архитектора в XIX веке. В 1958 году, спустя несколько лет после основательной перестройки, театр горел, но был восстановлен. От первоначального здания сейчас остался только ионический портик.
Главным героем комедии в стихах «Метромания» (страсть к стихосложению) Пирон сделал самого себя. Вольтер назвал это сочинение «лучшей комедией со времен Мольера»
Разрез на уровне вестибюля. Гравюра.
Забвение архитектора не означает, однако, забвения его идей и приемов. Будучи членом Королевской академии архитектуры, Леду являлся наставником молодых архитекторов. Хоть и известно, что его деятельность на педагогическом поприще была не очень активной, все же среди его учеников, хорошо усвоивших уроки учителя, есть имя, которое в России довольно известно. Это Жан Франсуа Тома де Томон, создавший здание Санкт-Петербургской биржи на стрелке Васильевского острова. Хорошо читаемый прямоугольный объем здания, мощная дорическая колоннада, которая его опоясывает, руст, покрывающий его стены, — все эти приемы мы не раз видели в постройках Леду.
План первого этажа
«Как бы трудно ни было строить незыблемые фундаменты на подвижных песках жизни, я никогда не боялся утратить спокойствие, приобретаемое ценой унизительной зависимости. Стойкий в своих принципах, убежденный, что окольные пути приличествуют только мало выносливым характерам, я проследовал тем путем, что наметил», — написал Леду в одном из писем, датированном 1803 годом.