моделирование жевательной поверхности моляров
учебник управление проектами перт сетевое
калибр серебряной проволоки 22
Бджільництво. Поліщук В.П. 2001. – 296с.

Академия наук

Академия наук

Дж. Кваренги. Проект здания Академии наук. Фасад и план. 1783 г.
.
Помимо работы над зданием Академии наук Екатерина II поручила Кваренги выполнить проект астрономической обсерватории на Пулковской возвышенности. По замыслу зодчего двухэтажное здание в виде замкнутого полукруга с трехярусной башней в центре оригинально совмещало помещения для научной работы с жилыми апартаментами императрицы.
Основанная в 1724 году Петром I Академия наук в течение длительного времени не имела собственного здания. Первые научные заседания проходили в доме барона Шарифова на Березовом острове, затем использовались помещения на Васильевском острове: дворец царицы Прасковьи Федоровны, дома барона Строганова и Лопухиных. Пятидесятилетие Академии пришлось на время правления Екатерины II. Отсутствие в столице храма науки не устраивало просвещенную императрицу, к тому же празднование юбилея привлекло широкое внимание к Академии наук и ускорило принятие решения о возведении в Петербурге здания для ее размещения. Однако работы, порученные придворному зодчему Кваренги, начались только в 1783 году.
Академия вписана архитектором в уже существовавшую застройку набережной Невы от Дворцового моста в сторону дворца Меншикова. Она расположилась между строениями первой трети XVIII века — Кунсткамерой и зданием Двенадцати коллегий. Последнее — протяженное сооружение Д. Трезини, развернутое торцом к береговой линии, — организовало обширное пространство пустующей части Васильевского острова в излучине между Большой и Малой Невой. Свободно стоящее здание Академии главным фасадом ориентировано на Большую Неву, а противоположным — на образовавшуюся перед корпусами Двенадцати коллегий просторную площадь. В то время на нее с набережной выходили широкие проезды, к которым были обращены боковые фасады сооружения. Угловое положение постройки обеспечило возможность трехмерного восприятия ее монументальных архитектурных форм.
Академия наук. Гравюра.
.
Четкая, ясная, геометрически выверенная композиция здания довольно проста и выражена единым компактным объемом, вытянутым вдоль набережной. Цоколь мощного портика и примыкающий к нему выступ наружной лестницы с двумя сходами по фронту вынесены за пределы основной линии фасада с нарушением общей границы застройки. При обзоре с близкого расстояния здание слишком рельефно выступает на тротуар и выделяется своей массой среди более ранних соседствующих построек. Его пропорции, масштаб, поэтажное членение и фасадная композиция абсолютно не согласованы с архитектурой Кунсткамеры и здания Двенадцати коллегий. Кваренги скорее противопоставил свое классицистическое детище находящимся поблизости творениям в стиле зодчества петровского времени, нежели связал его с ними. Поэтому великолепное само по себе здание Академии выглядит достаточно обособленно, несколько нарушая пространственный ансамбль.
Лестница главного входа, поднимающаяся двумя маршами с разных сторон на площадку при основании колоннады, выглядит несколько архаично. Подобного типа, но не столь массивные, лестницы были характерны для жилой застройки Петербурга более ранней поры.
Но пространственное положение здания заставило Кваренги пойти на уступку прошлому
Академия наук
Портик главного фасада.
.
Ризалит — выступающая часть фасада здания по всей его высоте. Составляет единое целое с основной массой здания.
Академия наук представляет собой прямоугольное в плане сооружение с двумя симметричными ризалитами. Центральная часть главного фасада акцентирована стоящим на невысоком цокольном основании восьмиколонным портиком колоссального ионического ордера с фронтоном. Здесь Кваренги использует палладианский прием сочетания пластики колонного портика с гладью стены, имеющей лишь горизонтальные членения в виде промежуточных тяг и оконные проемы без обрамлений. В обработке цокольного этажа и наружных лестниц применен натуральный камень. Выбор этого материала обусловлен не только близостью постройки к Неве и опасностью подъема уровня воды. Гранит цоколя и лестниц наравне с лаконичностью фасада подчеркивает монументальный характер здания.
По проекту Кваренги, портик, отмечающий главный вход, и группировка оконных проемов главного фасада здания позволяли судить о планировочном решении его внутренних пространств. В центральной части располагались парадные помещения, занимавшие второй и третий этажи. Наружная лестница вела с набережной Невы в главный вестибюль, который с двух сторон фланкировался просторными комнатами. Через вестибюль три широкие двери вели в двусветный зал заседаний с полукруглым завершением в торцах. Объем этого зала был выявлен выступом на противоположном фасаде, соответствующим портику главного. Другая гранитная наружная лестница, устроенная со стороны заднего фасада, позволяла попасть в зал заседаний непосредственно с площади перед зданием Двенадцати коллегий. Внутренние двухмаршевые лестницы вели на верхний этаж угловых ризалитов. Планировка расположенных там помещений предполагала вариативное их использование. Они могли стать как служебными комнатами для размещения Управления делами Академии, так и квартирами для ее членов.
Капитель ионического ордера
Фрагмент ордерной композиции главного фасада
Вид с Невы на здания Двенадцати коллегий и Академии наук.
.
.
Известный современник Кваренги И. Г. Георги в 1794 г. писал о здании Академии наук: «Хотя оное поныне еще внутри не совершенно отделано, однако помещены уже в оном Академическая канцелярия, книжная лавка, книжные магазины, инструментальная, словолитная и слесарная палаты и многое число мастеровых людей, к оным палатам принадлежащих».
В процессе возведения здания Академии наук у архитектора возникли серьезные разногласия с ее президентом — княгиней Е. Р. Дашковой. Ее не удовлетворяли излишне строгие архитектурные формы, и она пожелала внести в проект Кваренги собственные коррективы. Предлагаемые Дашковой изменения в корне противоречили творческому замыслу зодчего, и он решительно им воспротивился. Кваренги писал: «Я имею честь доложить Вам, что в утвержденном проекте нет никаких окон венецианского типа и что таковые там не могут быть сделаны без искажения интерьеров здания. Поэтому, если постройка будет закончена согласно утвержденного проекта, то — это одно дело, если же проект должен быть изменен в соответствии с Вашими идеалами, то я не смогу продолжать эту работу».
.
Постоянное вмешательство президента Академии в строительство в итоге вынудило архитектора отказаться от руководства им. Здание было завершено с многочисленными искажениями в планировке, а также, частично, в решении фасада, обращенного к площади. Если снаружи оно почти полностью отвечает проекту Кваренги, то перепланировку парадных помещений начали производить еще при жизни зодчего. К сожалению, торжественный зал заседаний в высоту двух этажей был заменен меньшим, устроенным на третьем. В связи с этим последовала значительная переделка прекрасного вестибюля: в нем соорудили одномаршевую лестницу для подъема в зал. Эти и прочие изменения осуществлялись без участия Кваренги. Но в целом архитектору удалось реализовать проект здания Академии, задуманного им как храм науки в стиле строгого классицизма. Изучая архивные записи, историки архитектуры пришли к выводу, что средства на постройку Академии наук отпускались нерегулярно и достаточно скудно. Вероятно, именно поэтому ее внутренняя отделка даже в 1789 году еще не была доведена до конца.
Эрмитажный театр.
Устройство общественных театров в Петербурге началось еще при Петре Великом, когда в 1723 году появился указ о возведении специального здания на берегу Мойки. В 1760-х годах был создан театр (Оперный дом), который размещался в Зимнем дворце. 3 сентября 1783 года Екатерина II подписала указ о строительстве Эрмитажного театра. Приступая к работе над его проектом, Кваренги обратился к главному источнику своего творчества — наследию А. Палладио. Он использовал композиционные и пространственные характеристики его единственного театрального здания — «Олимпико» в Виченце. Следуя идеям великого зодчего, Кваренги спроектировал театр согласно античным образцам, но при этом сумел создать вполне современное для своей эпохи сооружение.
Первоначально перед Кваренги стояла сложная задача — расположить достаточно масштабную постройку во дворе Малого Эрмитажа, возведенного для Екатерины II Ж. Б. Валлен Деламотом и Ю. М. Фельтеном. Выделенный участок жестко ограничивал размеры будущего здания, что лишало архитектора возможности спроектировать необходимую широкую сцену и просторный зал. Вскоре императрица отменила решение о размещении придворного театра в столь неудобном стесненном пространстве, и строительство перенесли на место Зимнего дворца Петра I на берегу Невы, у Зимней канавки.
Угловая часть здания театра на пересечении Зимней канавки с Дворцовой набережной
Реконструированный фрагмент фасада Зимнего дворца Петра I
Здание продолжило сплошной фронт застройки Дворцовой набережной от Зимней канавки в сторону Летнего сада. С 1760-1770-х годов до момента создания Эрмитажного театра здесь последовательно появлялись дворцовые постройки, и архитектурный облик главной набережной Петербурга приобретал заметные классицистические черты.
Угловое пространственное положение театра позволило Кваренги подчеркнуть его единые по высоте объемы призмы (угол здания) и четвертного цилиндра (выступ зрительного зала). Возможность трехмерного, а не только фасадного восприятия сооружения тем самым отличает его от расположенных поблизости Малого Эрмитажа, Старого Эрмитажа, Мраморного дворца и других. При этом пропорции, членения и даже несвойственный зодчеству Кваренги насыщенный пластический декор гармонично сопряжены с архитектурой уже существующих зданий. Смягченность контуров фасада Эрмитажного театра прекрасно согласуется с гибкими линиями Эрмитажного моста и арки-перехода через Зимнюю канавку, созданной Ю. М. Фельтеном в 1783 году.
Главный фасад Эрмитажного театра обращен к Неве и решен как дворцовый. Его особенностью является отсутствие парадного входа, так как фасадная плоскость — лишь декорация набережной. Чертежи дают представление о творческом поиске архитектора в работе над фасадной композицией. Известны несколько ее вариантов, в одном из которых фасад был значительно акцентирован классическим портиком с фронтоном, сильно выделяя театр из общей застройки береговой линии. В итоге Кваренги отказался от задуманного образа Эрмитажного театра как «храма искусств». Фасад трехэтажного здания архитектор представил двухъярусной композицией, состоящей из зоны рустованного цоколя и колоссальной ордерной постановки. Десять полуколонн коринфского ордера фланкированы ризалитами. Центральную часть здания и ризалиты венчает единый антаблемент. Поэтажное деление подчеркивают тяги, указывая на приоритет горизонтального членения фасада. Простенки между окнами первого этажа основной фасадной плоскости равны высоте проема и имеют форму квадрата. Над ними находятся небольшие термальные окна, украшенные маскаронами. Оконные проемы второго этажа обрамлены профилированными наличниками, над которыми изящные модульоны поддерживают сандрики в виде треугольных фронтонов.
Фасады и боковые плоскости ризалитов на уровне второго этажа декорированы полуциркульными нишами с аллегорическими статуями, а на уровне последнего — почти круглыми нишами с бюстами греческих поэтов.
Вид на корпус Лоджий Рафаэля в сторону фельте-новской арки-перехода над Зимней канавкой
Внутреннее пространство Эрмитажного театра Кваренги в целом решил аналогично театру «Олимпико». Он повторил полукруглую форму зала со ступенями сидений для зрителей и глубокую сценическую коробку, завершил зону подъема ступеней полукруглой ордерной декорацией. При этом архитектор творчески переработал идею своего «учителя», внеся необходимые изменения с учетом всех требований к современному театральному сооружению. В отличие от Палладио Кваренги соорудил кулисную сцену, приспособленную для регулярной смены декораций и оборудованную передовой для того времени театральной техникой. Сцена и зрительный зал дополнены многочисленными служебными помещениями: мастерскими для работы театральных художников, хранилищем сменных декораций, репетиционными залами и актерскими уборными. Специфика решения театра как придворного (с залом, рассчитанным на зрителей, приближенных к императорскому двору) обусловлена включением здания в дворцовый комплекс. Обитые зеленым сукном скамьи для зрителей располагались амфитеатром в пять ступеней. Перед ними ставили кресла для Екатерины II и ее ближайшего окружения. Сам архитектор об этом писал так: «Я сделал амфитеатр полукружием по двум причинам. Во-первых, потому что каждый из зрителей удобней видит сцену, во-вторых, потому что зрители хорошо видят друг друга и доставляют прекрасную картину глазам, когда театр бывает полон».
Термальное (палладианское) окно — мотив палладианской архитектуры, представляющий собой полуциркульное окно с двумя вертикальными перемычками. Их считают происходящими из архитектуры древнеримских терм, отсюда и название. Термальные окна получили широкое распространение в архитектуре русского классицизма.
Маскарон — применяемая в архитектуре в качестве декора рельефная скульптурная деталь в виде головы или маски.
Профилировка — использование архитектурных обломов (профилей) для оформления элементов фасадов и интерьеров зданий (карниза, архивольта, базы колонн и т. д.).
Наличник — декоративное обрамление оконного проема.
Модульон — архитектурная деталь, поддерживающая выносную плиту карниза коринфского или композитного ордера; может являться просто декоративным элементом.
Сандрик — архитектурная обработка стены над оконным или дверным проемом: в виде небольшого карниза, малых фронтонов и т. п.